Тихо совестью шурша...

Я слишком много вру. Не то что бы меня мучила совесть... Просто я уже начинают путаться в собственой лжи. Совершенно бескорыстной, причем. Меня это тупо развлекает.

Ты просишь письма? Так и быть - получай!
Я... розовощекая радость бытия. Слоноподобный друг Чезарио. Хех надуманный.
Пусть горы дышат дымом. Мы разутюжим все морщинки. Так, что ничего больше не останется.
Автописьмо, как ты, наверное, понимаешь. Видишь, я опять "озорничаю". ("А был ли мальчик-то?") Только теперь все как-то слишком уж запросто пересекает границы благоразумия и даже элементарного приличия. То, что я делаю, - не пафос. Я реально только потом понимаю, что это был перебор. В сам же момент выплеска мне моё поведение кажется вполне естественным и нормальным.
Как я всё-таки оживляю наш факультет! Развлекаю собственных одногруппников, которые, сука, за это только шепчутся у меня за спиной. И выбешиваю преподавателей, некоторые из которых искренне не понимают, что происходит на самом деле, и думают, видимо, что я просто пытаюсь сорвать занятие этими жалкими шутовскими выходками. Мне недавно С*** сказал: "Ну, вы же умная студентка, это же очевидно. И горе ваше, вероятно, от ума. Только мой вам совет: НЕ УВЛЕКАЙТЕСЬ! Не увлекайтесь, если не хотите больших проблем"...
Больших проблем, блин... А кто их хочет?
А кому легко?
Мне просто адски скучно. И я развлекаюсь как могу. Ну, да, не оригинально. Кроме того, слабовольно.
И вкусы у меня ненормальные. К чему это я? Ну, знаешь, я же не одна тут развлекаюсь...
Я всё пытаюсь вернуться к тому, что безвозвратно утрачено. Повторить неповторимый опыт. Придать дешевой копии ослепительный блеск оригинала. Поддельными красками.
Эх... только посмотри какая я повторяемая! Вечно одно и тоже. Мне самой неприятно это осознавать. Самая настоящая ограниченность.
От неизбежности которой мне делается страшно. Неужели я никогда не преодолею себя? Собственные пристрастия, не дающие мне покоя. Собственные вкусы, я бы сказала. Из которых и исходит прежде всего моя эстетика (а ведь я основываю свою жизнь прежде всего на ней!). Эстетика само- и просто разрушения. Эстетика боли и отчаяния.
Видишь, я признаю этого. Именно это и можно назвать культивацией. Но о какой культивации может идти речь, если то, что мы культивируем, нам по-настоящему близко?! Если это и есть мы, наша единая и единственная сущность...
Эх... Друг мой Н***... Я написала тебе письмо. Но не судьба тебе насладиться моими писательскими порывами или как ты сказала... Не могу я тебе это отправить. Мне слишком жалко человека, написавшего это. А жалость унижает. Извини. Не могу.

Ну, попробовала я эти "звуковые наркотики". Не цепляет!
Обидно, блин:(

Сначала было Слово. Потом не стало и Слова...

И вот опять мне нечего сказать...
Я нахожу себя слишком эгоистичной. Мне неинтересно слушать других, я по уши увязла в себе и своих лабиринтах. Билет направления Внутренняя Монголия продается в один конец. И я купила его.
Заплатив, пожалуй, слишком высокую цену.
Я разделила себя на 15 четко выраженных сущностей и миллион нечетко...
Что еще?
Они друг друга ненавидят. Но я буду пытаться их примирить. Ведь даже не все из них стремятся к безраздельной власти. Некоторым достаточно, чтобы им просто не затыкали рот...
Конечно, это упрощение - разделить себя. Но проще не значит хуже. Я иначе вообще ничего не понимаю. А так хочется понимать...

Стихи не пишутся. А раньше писались. Рождались сами собой. До безобразия естественным образом.
Некоторые даже нравились мне самой. На сайте stihi.ru выложено около 150...
Стихи не пишутся уже почти год.

Приближается ДР, а настроения никакого. Вообще никакого настроения. Мне даже негде его справлять. Мне надоело шляться по общепитовским заведениям и вываливать на это кучу денег. Мне надоело отдавать дань формальности перед людьми, которые в меня не верят. Не верят в то, что когда-то я была совсем другой. Такой, что им и не снилось. Такой, что, будь это несколько лет назад, они бы просто не посмели ко мне подойти.
И нет, в этом случае, я не культивирую. Я ничуть не жалею, что она кончилась, моя эра. Хотя мне и не хватает её...
Просто я понимаю, что я не такая. Что всё это был пусть и роскошный, но всего лишь бал-маскарад. Эффектная игра с переодеваниями.
А сегодня я пытаюсь быть собой. И пусть я пока не знаю, кто он, этот самый "собой", но он определенно не из тех, кого прельщают формальности...
Вывод? А к чему вывод? Пусть будет просто вырванный кусок из безграничного потока сознания. Без начала и без конца.

Я вижу, что неспособна выдерживать напряжение этой реальности. Единственной реальности по праву.
И моё последнее спасение, мой единственный выход с шансом сохранить хоть какое-то самоуважение - бегство-бегство-бегство в Священную Пустоту. Где меня не будут трогать те, кто сильнее меня. Я не справляюсь даже с быдлом, что уж говорить о виртуозах слова, одна тень которых ослепляет меня так, что я теряю всю ориентацию... Мне всегда есть что сказать, но когда дело доходит до реального коммуникативного похода или, не дай бог, поединка, я просто забываю все слова, я теряю все мысли, моя голова становится пустой, а тело - хлипким и податливым. Я покидаю крепость без боя. Убедительно делая вид, что меня ничего не волнует, что я ухожу просто так, по делам. А управление городом вверяю первому, кто войдёт в него и сможет править.
В такие моменты я чувствую себя полным ничтожеством. Я надолго ухожу куда-то дальше Северного полюса, ниже андеграунда. И там самоубиваюсь до потери пульса и полного забытья.
Там у меня нет ничего лишнего, одни фетиши, напоминающие мне о моем позоре: портреты моих врагов, бывших когда-то моими возлюбленными; плети, которыми меня истязали те, кому это было приятно, и которыми я теперь догоняюсь сама; засушенные букеты, на которые я когда-то была так щедра к тем, кто меня вскоре предал... Всё в этом духе.
Там у меня темно и душно. Там навеки осели запахи, которые дают мне в голову сразу и наверняка. Запахи, которые способны убивать и воскрешать меня до изнеможения. Запахи чужих тел и душ, потерянных и казалось бы забытых мной в этих бесконечных словесных боях.
To be continued...

Сука-любовь, она разбивает меня, как фарфоровую куклу о каменное дно своего двуликого сердца... Она перекрывает доступ к кислороду и учит довольствоваться одним дыханием на двоих. Но лишь пока мы готовы делиться. Пока мы готовы терпеть. Пока у нас есть, ради чего терпеть...
Она сжигает и развевает по ветру всё, что пытается бороться. Она не различает лиц и имен. Не жалеет ни пол, ни возраст: женщины, старики и дети - её первые жертвы.
Она так любит ставить на колени и смеяться в лицо. Она презирает за послушание своим жестоким приказам и, кажется, ценит непокорность. Всегда с уважением взирая на тех, кого уже возвела на эшафот.
Она настаивает на компромиссах и никогда их не прощает.
Пережевывает нас до оскомины на своих белоснежных зубах.

А еще она учит летать. И это её страшнейшая пытка. Потому что те, кому это удается хоть раз, уже никогда не смогут ходить. Даже когда им отрежут крылья, что неизбежно и происходит в конце этой чудесной сказки...

Раненое небо смотрит на меня с упреком преданного господина. Я кидаюсь из стороны в сторону, но вокруг только стены. Туман таинственно прикрывает контуры перспектив.
Умалишенные птицы кричат вдалеке. Я щупаю густой воздух, пытаясь уцепиться хоть за что-нибудь, хоть за какую-нибудь залежалую иллюзийку. Как там сказала Аннушка: "Девушек - хоть пруд пруди, а личных галлюцинаций - мало"... Концепт, бля.
У меня всё с точностью до наоборот. По уши увязла в мире собственных образов-символов, которые никому не понятны, да и не интересны, наверное. Знаю несколько мёртвых языков, погибших в самый миг своего рождения. Только говорить на них не с кем. Имею немыслимое собрание ассоциаций, которое сейчас, после этого кризиса, тупо некуда пристроить...
В общем, девочка, живущая в шкафу. Ну, героиня Гёте, Миньона. Задыхающаяся пылью собственных снов, прикованная к себе-прошлой хоть и невидимыми, но цепями...
Самое обидное, что и я-прошлая была так же иллюзорна и прозрачна. Не существовало никогда меня-прошлой во плоти, об утрате которой сейчас можно было бы сожалеть без зазрения совести.
Здесь живет и страдает маска, под которой нет и никогда не будет лица.

А Шпенглер считает, что человек - хищник. А я не знаю.
И вообще, мне некогда.

Проблема в том, что я культивирую. Свои пороки.

Всё равно на любой вопрос должен существовать один-единственный истинный ответ. Даже если его можно сформулировать как: "Извините, ваш вопрос некорректен"...

Я была там. Я видела это.
Всё. Труп.

Когда все орут, я предпочитаю молчать... Тогда орущие начинают просто сходить с ума.
Они часто принимают мою растерянность за высокомерие, некомпетентность - за снисходительность. Иногда они даже правы...

Ну, нет. Сестра Краткость оставила меня. Я остаюсь наедине с собой и занимаюсь платоническим онанизмом, что-то вроде того.
Раньше все мои дневники были бумажными, я не нуждалась в аудитории. Электронные не проживали и пары месяцев. Я заняла здесь столько классных доменов... самой стыдно. В своих бумажных я писала совсем о другом. В основном, описывала события, чтобы ничего не забыть. Как будто без этого никак нельзя обойтись. Когда, на самом деле, прекрасно можно. Я помню всё: что нужно и что не нужно. Ну, кроме того, чего не было, разумеется. Как я уже писала.
У меня температура - и меня немного колбасит. Говоря о событиях... мне просто нечего сказать, если честно. Пустота по самые гланды. Ничего не происходит.
Или я перестала это так воспринимать. Моя подруга решила работать 31 декабря, 1 января и 2 января. За три дня она, может быть, получит 10-15 тысяч. Так она сказала. И добавила, что для неё это символично: она начинает ДЕЙСТВОВАТЬ.
На что я ей честно ответила, что тоже об этом думала. Если получится, тоже найду какую-нибудь дурацкую подработку. Только для меня это ничего не значит. Ну, подумаешь, ещё одна ступенька вниз (или всё-таки вверх, чёрт его знает...). Ещё одна форма пресмыкания перед обстоятельствами.
Благо, я живу далеко от дома и от любимых. Так что потеряю немного. Все мои здесь-друзья отмечают Новый год дома, с семьей. Какие правильные... Я и сама такая.
За некоторыми исключениями.
Не знаю теперь, когда мне ещё удастся встретить священные для меня праздники с любимыми людьми. Впрочем, я не жалуюсь. Цель оправдывает средства. Я далеко от дома, но это место мне куда как ближе и в каком-то смысле даже дороже, чем так называемая малая Родина.
Что еще... В который раз пишу здесь, когда мне, по сути, нечего сказать. Зачем пишу?... Вопрос, не требующий ответа.

Ночь.
Сижу тут, пью раскаленный чай, вытесняющий потихоньку раскаленные мозги...
Печатаю, а он стынет. А мне надо лечить горло. И голову голову голову. Прежде всего.
Я слишком быстро забываю о том, чего никогда не было. Лишая его шансов на возможное когда-нибудь явление. Явление как явленность.
Потому что, что значит "не было"? Наверное, и было. Только сокрыто, тайно. За пределами нашего восприятия и осмысления.
Чёрт, ну, почему я даже сейчас не могу обойтись без этой софистики? Хочется кричать, хочется ругаться матом и бить стёкла.
А я лоботомируюсь раскаленным чаем.
Который уже остыл ко всем чертям...

Утро.
Никогда
Не играть словами.

Написала днем полный негатива пост.
Потом поняла, что выплеск не помог, а только всё усугубил. Ибо сила слова. Не публикую.
Буду думать о хорошем.

Стала плаксива как эмо.
Спасает музыка. Убивает всё остальное: вид за окном, вид перед окном, люди, которым есть дело (интересно, как бы я заговорила, если бы не было в моей жизни таких людей...)...
И собственные амбиции. Собственная вечная неудовлетворенность настоящим, собственный невротический тип...
Шесть часов вчера потратила на перевод проклятого пробника (пытаюсь устроиться переводчиком, ибо задолбало...), а потом, как это всегда бывает в таких случаях, впервые за всё свое у-меня-пребывание, ноут просто взял и вырубился. Не захотел больше работать. Надоела ему, видите ли, Ханна Ардент или как там её... Надоела, как и мне.
Короче, документ не сохранился. И мне не удалось сохранить состояние спокойствия.
Впрочем, это так, детали. Куда хуже обстоят дела со "в целом". Учусь без интереса (зато поступала с интересом и, надеюсь, не в последний раз),живу "своим среди чужих" (действительно среди чужих, хотя и очень хороших), жду не дождусь, когда всё изменится. А как оно может измениться, если не моими усилиями?...
А сил на усилия нет.
Вот тебе и сказка про белого бычка...

И бывают же такие ситуации: пойдешь налево - коня потеряешь, пойдешь направо - голова с плеч... и так по всем направлениям! И на месте стоять нет смысла.
Ну, конь и голова, конечно, вещи несопоставимые. Большинство из нас предпочтет потерять коня...
А что, если этот конь - твоя семья? Добрые отношения с ней, любовь и взаимопонимание? Что тогда, а? Кто-нибудь мне ответиит?
Я почти что приняла решение, которое никогда не одобрится моими любимыми. Им останется только понять и простить...
Но я не могу иначе. В конце концов, это моя жизнь, кто бы мне что ни говорил.
Мне её дали - и я благодарна. Но лишь в том случае, если дали мне её в полное распоряжение, подарили, так сказать.
А иначе - не считается. Иначе - это не жизнь.
Ну, извините, если вы находите мою мысль циничной. Такова уж реальность. Таковы правила игры. И с этим лучше считаться, чтобы потом не было мучительно больно...
Я всегда предпочитала журавлей в небе. И сейчас я готова поставить на карту всё, видя, что имеется хотя бы небольшой реальный шанс навсегда вырваться из этой ненавистной "средней" обыденности. Вырваться или зарваться окончательно и бесповоротно. Пан или пропал.

ДЕЙСТВОВАТЬ В КОИ-ТО ВЕКИ!

Чего мне в Питере не хватает, так это зимы. Ну, не могу я без этого, хоть убейте.
И поэтому я никогда не останусь здесь навсегда. Господи, какая нелепость!

По-видимому, я имею вдохновение, только когда имею досуг. Лишь умирая от тоски и не зная, чем себя занять, я имею вдохновение...
Зато когда я живу на пределе, на краю собственных и человеческих вообще возможностей, ситуация прямо противоположна: ВДОХНОВЕНИЕ ИМЕЕТ МЕНЯ.

(Признаюсь, это больно. Но ведь и куда как плодотворнее, чем когда я графоманствую от нефиг делать...)